Работать по-новому в 90-х годах начали не только на таежных делянах. Изменения коснулись и нижнего склада, и отгрузки лесопродукции. Еще каких-нибудь семь лет назад люди, приезжавшие в Ягодный речным транспортом, обращали внимание на обоновку — бревна, скрепленные между собой тросами или цепями и занимавшие кусок водной глади. Гусеничные трактора таскали с нижнего склада пачки деловой древесины, лезли поглубже в воду, чтобы лес оказался на плаву, и постепенно заполняли обоновку. В леспромхозе применялась так называемая мокрая погрузка.

Н.Н. Кожан в 1977 году окончила Иркутский лесотехнический техникум по специальности технология лесозаготовок. Трудовую деятельность в Шелеховском леспромхозе начала бракером нижнего склада в 1986 году, потом мастером погрузки. За короткое время освоила все технологические процессы на нижнем складе. Работала старшим инженером, а затем начальником отдела сбыта. С 1998 года возглавляет коммерческий отдел.

Наталья Николаевна КОЖАН, начальник коммерческого отдела:

— Во время дождя потоки грязи устремлялись в Амур, акватория, окруженная обоновкой, вечно поблескивала мазутными пятнами. Бревна, напитавшись водой, пухли и прели, некоторые выбивались из пачек и шли на дно топляками. Порвавшаяся проволока тоже тонула. Но не только это заставило отказаться от мокрого метода. Потери экспортного леса при перегоне плотов к месту погрузки в теплоходы тоже сыграли определенную роль, как и демонтаж железной дороги.

В 1973 году в Ягодном построили типовой нижний склад, рассчитанный на погрузку лесопродукции только в железнодорожные вагоны. Была подведена железнодорожная ветка. Однако в начале 90-х годов внутренний рынок был утерян, необходимость в отправке леса по железной дороге отпала, грузовую ветку демонтировали. Леспромхоз полностью стал грузить лесопродукцию на теплоходы. Отправку ее по Амуру начали применять в 1981 году. Тогда по инициативе «Дальлеспрома» в поселок Ягодный был направлен специалист по организации лесосплава экспортной продукции Николай Михайлович Козынюк. И в 1982 году на Маго пошел первый плот. А еще через два года леспромхоз перешел на мокрую погрузку. Она применялась практически до конца 80-х годов. Формировали плоты возле Ягодного и отводили их в Калужью протоку, где они в кошелях дожидались прихода судов. Погрузка велась по принципу вода — теплоход. На протоке тоже было полно нарушений требований экологии. Навещавшие леспромхоз работники инспекции рыбоохраны, экологи предъявляли жесткие требования. Почти каждый их приезд заканчивался денежным штрафом. Было принято решение переходить на сухую погрузку: складировать продукцию на берегу и непосредственно отсюда загружать теплоходы. Но для этого в первую очередь нужно было построить два пирса — в Ягодном и Литвинцево. Эту задачу коллектив выполнил.

Специфика Шелеховского леспромхоза ныне в том, что свою продукцию он отгружает потребителям только в теплое время года — с пирсов на теплоходы «река-море». Всю долгую зиму идет накопительный процесс. Заготовленные сортименты сортируются по качеству и укладываются в лоты, откуда потом плавкранами древесина подается на суда.

За качеством контроль особый. В леспромхозе стремятся не уронить честь своей марки в глазах потребителей. Одновременно заключаются договоры с будущими покупателями.

В доперестроечные времена с реализацией продукции было проще. Все делалось централизованно, по распоряжению свыше. Особых дивидендов такая политика, правда, не приносила. Тем не менее продукцию леспромхоза знали и ценили во многих регионах Союза. Предприятие отгружало древесину в Киргизию и Азербайджан, в Грузию и на Украину. Заготавливаемая здесь ель считается резонансной. В больших объемах она поставлялась в Чернигов для изготовления музыкальных инструментов. Но с началом перестройки ситуация изменилась. Внутренний рынок уже не требовал столько древесины.

Раньше леспромхоз отправлял баланс на Благовещенскую спичечную фабрику, Амурский целлюлозно-картонный комбинат, Хорский гидролизный завод. По этим предприятиям расходилась вся низкосортная древесина. Однако во время экономических реформ последнего десятилетия они либо прекратили свое существование, либо сузили производство до таких размеров, что сырье леспромхоза оказалось невостребованным. Доходило до того, что низкосортная древесина, которая могла приносить прибыль, отдавалась населению на дрова безвозмездно. Пиловочник 1-го и 2-го сортов тоже внутри страны особым спросом не пользовался по причине высоких транспортных тарифов на перевозку. Генеральным директором была поставлена задача — искать новые рынки сбыта.

Еще в начале перестройки часть продукции предприятия покупали японские фирмы. А сегодня, кроме Японии, ЗАО «Шелеховский КЛПХ» отправляет древесину в Корею и Китай. Причем деловые отношения строятся на основе кредитов от зарубежных партнеров под будущие поставки леса. Это говорит о доверии к марке леспромхоза. Китайский рынок предприятие освоило одним из первых в Хабаровском крае. Он оказался очень перспективным, постоянно наращивает объемы закупок. Если в 1999 году на его долю приходилось всего 2 процента реализуемой продукции, то в 2002-м — 48,4 процента. К тому же китайские фирмы приобретают в основном низкосортную древесину, спрос на которую заметно снизился в последнее время на японском рынке.